Семь бед и змеиный завет - Дарья Акулова
Я седлаю Сабаза и, не заезжая в лагерь, чтобы не показывать своё состояние ребятам, проношусь мимо и просто скачу вперёд. Всё быстрее и быстрее. Конь послушно ускоряется. Кажется, что ветер может высушить мои слёзы, но легче не становится. Сабаз выносливый, несётся на пределе своих сил, но, к сожалению, он не тулпа́р64, и спустя время такого бега всё равно начинает тяжело храпеть и возмущаться. А потом останавливается. А вот меня уже не остановить.
Мой крик эхом проносится по всей степи.
Глава 17. Щекотунья
Я возвращаюсь в лагерь, когда ещё солнце не успело зайти. Сил совершенно никаких. Сабаз так устал, что идёт медленно, понурив голову. Не знаю, что выражает сейчас моё лицо, но ни Арлан, ни Нурай ничего не спрашивают.
Погодите-ка, а где Айдар?
Конечно, я замечаю его отсутствие. Он должен был уже вернуться – таково правило в нашем путешествии.
– Он ещё не приходил?
– Нет.
Сердце получает укол тревоги. Я выжидающе смотрю вперёд, в сторону озера, но там никого нет.
Проходит несколько минут.
Я беспокойно хожу туда-сюда.
Солнце клонится к горизонту. Как бы сильно мы не поругались, мне не хочется, чтобы Айдар оставался где-то там один. Акку тоже нет. Может быть, он, как и я, ускакал подальше, чтобы побыть одному?
– Где гуй носит этого Беркута? – возмущается Нурай, подходя ко мне – Это ты его прибил, Волк?
– Нет, – грозно шипит на неё Арлан, подходя к нам. – Айдар должен был уже прийти. Что у вас произошло?
– Мы поссорились, и я… Ерлик… – напряжённо вздыхаю я. – Мне не по себе.
– Я схожу за ним.
Арлан цепляет пояс с саблей.
– Серьёзно? – Нурай изгибает бровь. – А вам не кажется, что он просто слишком нервный?
– Если тебе всё равно, это не значит, что нам тоже, – бросает ей Арлан, уходя.
Я не хочу сейчас видеть Айдара, но… Вдруг, с ним что-то случилось?
Я быстрым шагом догоняю Арлана.
– Змейка, я могу сам.
– Но он где-то там, один, на закате, без магии! Айдар всегда был слишком эмоциональным, поэтому я просто хочу убедиться, что…
– Тс-с!
Арлан вдруг останавливается, и я следом.
– Лошадь. Где-то у воды, – задумчиво говорит Арлан.
Я пока ничего не слышу, мы идём дальше, и действительно, чем ближе подходим, тем отчётливее я слышу лошадиное ржание.
– Похоже на Акку, – испуганно говорю я.
– Посмотрим.
Арлан вынимает саблю. Шаг его замедляется, когда я напротив хочу бежать быстрее. Но он тормозит меня второй рукой. Берег густо порос тростником. Стебли колышутся от ветра, шелестят, создавая шум, но Акку слышно чётко, а значит, мы идём правильно. Петляем вокруг этих тростниковых островков, пока наконец не выходим прямо к воде. Белая кобыла мечется по мелководью, взбивая воду в пену, и не перестаёт ржать.
– Она зовёт его, – говорю я и вцепляюсь в руку Арлана. – С ним что-то случилось! Это я виновата!
– Спокойно, мы еще этого не знаем.
Мы подходим к лошади, Волк пытается поймать Акку за поводья, но она то и дело вырывается, мотает головой и смотрит в заросли, что уходят дальше в воду. Арлан сжимает рукоять сабли.
– Я пойду с тобой.
– Кольцо?
Киваю, показывая подарок Тобе.
– Если что…
– Прятаться, я знаю.
Он тоже кивает, мы делаем шаг в воду и всё дальше заходим в заросли. Запах сырости и рыбы неприятно раздражает нос. Квакают лягушки. Здесь везде довольно мелко, уровень озера едва поднимается чуть выше лодыжек. Сапоги начинают хлюпать, я уже чувствую неприятный холод пальцами ног. Идти бесшумно по воде не получается. Кажется, что кто-то бегает вокруг нас, но это скорее всего просто ветер гуляет….
Но тут мы слышим девичий смех.
Арлан останавливается, закрывая меня собой. Но смех одновременно повсюду.
– Ерлик бы тебя побрал, Айдар, – сквозь зубы прыскает Арлан и начинает осматривать свой пояс и карманы.
– Кто это? – тихо спрашиваю.
– Всё очень плохо, змейка. И проклятая Нурай осталась в лагере.
Видимо не находя ничего подходящего, Арлан отрывает нижний край рубахи, а потом отрывает от этого куска ещё два поменьше.
– Послушай меня, змейка, – говорит он. – Нет времени объяснять подробнее, нужно как можно быстрее найти Айдара. Скорее всего его уже схватила кульдиргиш65.
Щекотунья. Мы всегда кочуем недалеко от воды и стараемся обходить особо заросшие участки как раз из-за страшилок о них. Они заманивают жертв к себе и щекотят до смерти.
Он быстро смачивает кусочки в воде и начинает сворачивать в маленькие плотные свёртки.
– Кульдиргиш заставляют жертву смеяться, постепенно высасывая кут66. А слабость всех мужчин в том, что нам потерять кут гораздо легче, чем вам. На тебя не подействует её голос, но на меня да. Это, – он затыкает одно ухо, – я надеюсь, поможет мне оставаться в своём уме какое-то время. Но я не знаю, сколько их здесь. Обычно они обитают небольшими группами.
Он затыкает второе ухо.
– Когда мы вытащим Айдара и если я вдруг буду не в себе, найди в моей сумке пучок адыраспана – дым поможет. Хорошо, что собрал связку.
Я киваю. Баксы часто используют эту траву в своих ритуалах, я видела её у мамы. Но совершенно не представляю, как вытащу их обоих отсюда, если и Арлан…
Снова смех. Я вздрагиваю.
– Плохо слышу, отлично, – ухмыляется Арлан.
– Так ты можешь не узнать, если кто-то подкрадётся к тебе, – хмурюсь я.
– Будь рядом, змейка. Держи наготове кинжал. Давай сделаем это быстро.
Я сразу вынимаю из ножен отцовский кинжал и следую за Волком. Совсем скоро мы находим Айдара. Осторожно выглядывая из-за зарослей, я вижу его лежащим головой на коленях у девушки. Её кожа бледна, а волосы черны как ночь и спускаются мокрыми прядями по плечам, совсем не прикрывая оголённую грудь, прямо в воду. Я даже не уверена, где они заканчиваются. Руки, как и пальцы, неестественно длинны. Она гладит этими тонкими пальцами Айдара по щекам и лбу и что-то напевает. Я не пойму, в сознании ли он, но глаза его открыты. И, кажется, да – он смеётся.
Хватаю рукоять кинжала покрепче. Арлан осматривается, и я вместе с ним. Нам повезло – она одна.
– Роется в его мыслях, – шепчет он. – У нас преимущество.
Волк кивает в их сторону, и мы выходим. Кульдиргиш, похоже, правда настолько поглощена Айдаром, что совсем нас не замечает.
Арлан замахивается саблей и быстро, но осторожно устремляется к ней, но в последний момент она отрывается от своей жертвы, шипит и вдруг ныряет в воду. Клинок лишь ударяет по глади.
Куда она делась? Здесь же буквально некуда нырять, дно совсем близко!
– Осторожнее, она где-то тут, – говорит Арлан, держа саблю наготове, и боком подходит к Айдару.
Я бросаюсь к нему, поднимаю голову, чтобы вода покинула уши и он слышал меня.
– Айдар! Айдар! – Я шлёпаю его по щекам.
Он бледен, весь мокрый и холодный, глаза бесцветны и устремлены куда-то сквозь меня. Улыбается как безумный. И только тихое прерывистое дыхание и дрожание кадыка говорит о том, что он всё ещё жив.
– Он не слышит, нужно вынести его отсюда.
Тут Арлан издаёт невнятный звук и падает лицом в воду, кто-то тащит его прямо в заросли. Я кидаюсь к нему, падая на живот, и пытаюсь поймать руки. Удаётся ухватиться за одну. Хлебнув воды, Арлан, рыча, вонзает саблю в дно, упирается, приподнимается и оглядывается назад. Кульдиргиш, обнажив два ряда острых синеватых зубов,
